Доброволец. На Великой войне  - Сергей Бутко

– Интересно. И куда же его забросило?

– В тело русского офицера в самый разгар битвы при Нарве тысяча семисотого года. Знаю, о чем вы подумали. Всевозможные временные парадоксы и нестыковки. Ничего нельзя трогать и изменять, иначе произойдет непоправимое. Сидорову тогда было не до этого. Изменить что-либо он попросту не успел, даже если бы и захотел. Шведская пуля помешала. И все же это ЧП не осталось без последствий. Шутка ли, когда возникает такая перспектива, когда путешествие во времени, пусть и подобным способом, может стать реальностью. Но, к сожалению, и мы доигрались. Однажды произошла та самая внештатная, аварийная ситуация, которая рано или поздно должна была произойти. Одним апрельским днем две тысячи девятнадцатого года во время проверки оборудования случился сбой программы с последующим взрывом. Но «Сфера» все же напоследок успела сработать. Сознание всех находящихся на тот момент в лаборатории людей, включая меня, перенеслось в прошлое: в тридцатое июля тысяча девятьсот восьмого года. Перебросило нас локально: в Петербург. Меня в тело тогда еще совсем юного кадета Леонида Николаевича Пунина, а других… Не могу пока вам рассказать про других.

– Продолжайте. Я уже привык к конспирации.

– Продолжаю… Друг друга мы нашли довольно быстро. Благо, что даже на подобный случай была припасена соответствующая инструкция. Но вот дальше…

– Вам удалось вернуться?

– В том то и дело, что нет. Для нас всех до сих пор неясно, что же стало со «Сферой» и есть ли у нас вообще шанс на возвращение. Зато теперь ясны возможные причины уже вашего появления здесь, в начале двадцатого века.

– И каковы они?

– Сейчас объясню. Вы знаете, что происходит, когда в работу компьютера вмешивается вирус?

– Конечно. Комп начинает работать некорректно, глючит и прочее.

– Так вот для нашего компьютера, то есть «Сферы», вирусом оказались вы и братья Бакунины. Каким-то непонятным образом вы сделались своеобразными попутчиками для «исходного кода», то есть для нас. Аномалией, ошибкой, сбоем. Такого не должно было б случиться в принципе, но это тем не менее случилось…

С Садовским мы беседовали еще очень долго. Не знаю, что и думать. Может быть, мы, те трое людей из двадцать первого века, что ехали в джипе к лагерю «Штыка» одним апрельским днем, действительно стали невольными «попутчиками» для столь же невольных путешественников во времени, а может быть, и нет? Зато ясны перспективы. Шансы попасть назад, в свое время, у меня уменьшились в разы. Если они вообще есть. Значит, все же вариант номер один дробь один: мне остается продолжать жить здесь, в этом времени и наблюдать за тем, как меняется привычный ход истории в этой параллельной и, как оказалось, уже не единожды измененной реальности. За это низкий поклон не только спецам из «Форточки», но и господину Алексею Бакунину.

На мой след Садовский с коллегами напали практически сразу же. До этого без дела не сидели, успели за шесть прошедших лет создать здесь, в Российской империи (а может быть, и по всему миру) обширную сеть осведомителей и агентов. «Механизм» вскоре заработал. Начался сбор информации, подкрепленный сложным математическим моделированием, позволившим точно рассчитать, когда и куда должно было выбросить нас – «вирусов-квартирусов». Рассчитали. Выбросило нас тоже локально, хотя и с небольшим временным интервалом. Ну, меня нашли быстро. Сам, в общем-то, в этом виноват, изрядно поспособствовав поиску. Вскоре до Садовского дошли сведения о моем футуристическом пении в госпитале (еще тогда в Августове), и агенты немедленно приступили к слежке. А дальше цепочкой потянулось одно за другим подтверждение моей истинной сущности, и сомнений у «форточников» не осталось.

Спросите, почему «землячки» не раскрылись мне сразу же, зачем следили и таились? Причина одна – нужно найти двоих других «попутчиков», которые в отличие от меня не спешили давать о себе знать. Кирилла до сих пор ищут. Может, погиб, а может, притих, надежно замаскировался, приспособился к нынешней эпохе, ничего в ней менять не хочет в отличие от брата, который уже успел наломать дров, но благодаря мне теперь помещен в психушку под строгим надзором. Еще один интересный факт: у «вирусов-квартирусов» есть особенность периодически притягиваться друг к другу, как магниты. В общем, получилась в итоге чистая рыбалка, где я исполнял роль эдакого «живца», на который так и поймалась хищная «щука». Обматерить бы Садовского с компанией за такую роль, но дело прошлое, чего уж там. Простил. К тому же еще одна «щука» пока на свободе. А значит, и бед в «озере» способна натворить таких, что и «малькам» и «ракам» жарко станет. Ну а я? Что теперь со мной? Буду двигаться дальше, друзья мои. Жить и надеяться на лучшее. А там увидим.